Итак, живет где-то семнадцатилетняя красавица. (Портрет ее Аллах написал как бы специально для Джанали-муаллима, написал давно, очень давно, может, тогда, когда Джанали только обрел способность мыслить, может, тогда, когда впервые ощутил себя мужчиной - в тот самый день, в тот час. И хотя творчество госпо-да бога на поприще изобразительных искусств, возможно, и не вполне удовлетворяет высоким требованиям, которые предъявля-ют сегодня к произведениям 'подобного рода, некоторый про-фессионализм исполнения все же чувствуется, потому что Джана-ли-муаллим уже много лет с негаснущим интересом созерцает этот портрет и, возможно, долго еще будет созерцать...) Кроме того, дымит очаг, Джанали-муаллим ловит носом его приятный запах. И, вернувшись из кухни и вновь растянувшись на кровати, думает о том, забудет ли со временем запах дыма, или же он, как эта девушка, сможет когда-нибудь напомнить вдруг о себе, сбить с толку, затуманить голову, запутать направленные в совершенно новое русло спокойные, ясные, не причиняющие мук представле-ния об этом мире... Джанали-муаллим думал и слушал песню - где-то включено было радио. Очень возможно, что именно благо-даря этой песне и возникли в его воспоминаниях и дым очага, и портрет девушки, нарисованный самим господом богом: "Унес-ли ее горные потоки, унесли сероглазую Сару..."

Когда песня кончилась, Джанали-муаллим взглянул на часы - прошло только пять минут. Время текло медленно, и по его мед-ленному течению Джанали-муаллим определил, что стало еще жарче. Он встал, распахнул наружную дверь и хотел уже снова лечь, как вдруг услышал веселый девичий голосок: "Вас просят к телефону!"

Странно - кто может просить его к телефону? "А вдруг... - тихо произнес он, - вдруг..." И когда он произнес это "вдруг", что-то тоненькое, как волосок, на миг вспыхнуло в нем, вспыхнуло и испепелилось...