Нашел девчонку и обрадовался, кому рассказать. И ВСЕ ПРИЧИНЫ БУДУТ НЕПРАВДОЙ. И он убежден (коль скоро это случилось), что провидел и ее, и эту их встречу, и близость.

Не ей бы, а самому Джанибеку, да, да, Джанибеку Гусейновичу, о ком он все эти годы думает, и даже сейчас!! На миг отвлекся, забылся, и снова всплыло, не дает покоя. Неожиданно возникло чувство несвободы,- ну да: тайно прибыл, никого не предупредив, во владения Джанибека, это он ощутил сразу, как только сошел с трапа на землю, .здесь царство Джанибека, и всюду портреты, лозунги, призывы, и Самый здесь, и Шептавший, и Джанибек, скромно выглядывающий из-за их спин, а он, Расул, со своими неотвязными думами, ест и ест себя, и неотступно Джанибек, его голос, его слова, его речи, жесты и мимика,- не Бог, которого никто не видел, не царь, которого прогнали, и не герой, потому что не числится за ним никакого подвига, а глава, и посильней царя в своем краю (и на груди горят золотые лучи геройской Звезды).

Чувство несвободы? Чепуха! Подумаешь, придумали себе пугало его родичи, которым Джанибек якобы ходу не дает, и все это, дескать, из-за него!..

Явиться и сразу огорошить нежданным вопросом, понизив голос до интимного шепота: "Имя, имя свое помоги разгадать!" "А что имя?" - насторожился Джанибек в ожидании подвоха. И Расул, выказывая осведомленность, произнес: "Джан душа, это ясно, а вот Джани..." - и тут умолкнет, чтобы Джанибек вник, ибо Джани означает убийца.

А потом, не договорив, расхохотаться: "Шучу-шучу, душа моя Джанибек", похлопать его по плечу и, вздохнув, предаться сентиментальной грусти, вызывая на душевную отзывчивость, как некогда прежде бывало (а было ли?),- не ссорились, а ощущение, будто один другого оскорбил: то ли Джанибек Расула, что заманил того в свою ловушку, то ли Расул Джанибека, что неблагодарность проявил, за спиной его готовя свой побег.

"Мне всегда казалось, Джанибек (Гусейнович), что я буду самым первым, самым знаменитым и никогда не умру (?!), это другие умирают, а не я".