Встретили на дорожке возле Дома творчества поэтессу Сильву Капутикян. Ей лет за пятьдесят сильно, но она по-прежнему совмещает в своем облике величественность с женственностью. Зашли к ней в комнату: изящная спиртовка для «восточного» кофе, на которой она как-то очень плавно и домовито приготовила нам две чашечки чудного напитка. Пить его из серебряных черненых кованых чашек — двойное удовольствие. Подарила нам свою книгу "Караваны еще в пути", описание ее поездок по Ближнему Востоку, по армянским колониям. Разговор любезный, даже дружеский, и все-таки она не близка мне. Национальный дух — ее главное содержание. Легко ей живется. Рада, что разрешили поставить в Ереване памятник жертвам резни 1915 года. "Дайте нам Арарат и больше ничего не нужно". Такова ее немудреная программа. Просто и удобно.

Моя коллега, пожилая женщина, поймав меня в ЦДЛ, стала выспрашивать, действительно ли на предстоящем XXIV съезде партии будут реабилитировать Сталина. Об этом все говорят, это всех живо интересует. Я ответил, что не верю в полную реабилитацию. Об этом не сумеют договориться.

13 марта

Надумали с Ли «встряхнуться» — едем в Переяславль. Ей развлечение, мне — поиски людей, знавших д-ра Войно-Ясенецкого с 1910 по 1917 годы, когда он был там зав. больницей. Автобусом в одну сторону 2–3 часа.

Поездка получилась очень удачной. Много гуляли по городу. В музее нашли отчеты Переяславской больницы 1912–1915 годов, издававшиеся Войно-Ясенецким. Главный эпизод поездки — посещение Елизаветы Никаноровны Кокиной в селе Щелканка — няни в доме В-Я. Елизавета Никаноровна живет в чистенькой квартирке в финском домике на краю леса. Войдя в дом, я подал ей фото В-Я. и его жены. "Ой, батюшки, барин! А это барыня! Как вылитая…" закричала хозяйка с нескрываемой радостью.