Дело в архиве колокольни томского монастыря. (Прим. автора.)

И в таком положении были застигнуты жители многих местностей сибирского края, и везде с них точно так же взыскивали штрафы и повторяли эти взыскания во второй раз и в третий, и напрасно штрафуемые хотя "не видали своей вины", но "свыклись и обошлись с положением, приемля оное как бы за перевод натуральной повинности в денежную".

Если бы кому-нибудь похотелось избавить себя от платежа денег и отбыть исповедную повинность натурою то ему для этого оставалось одно средство: ехать в город или в такое село чужого прихода, где всё церковное благочиние было в порядке, т. е. где был освящённый храм и при нём священник и причт, церковная утварь, ладан и вино, и тут надо было стать постоем на постоялом дворе и ходить к службам церковным, а потом отъисповедываться и взять в том отписку для предъявления своему закащику; но это было сопряжено с такими большими хлопотами и с такою затратою времени и денег, что не представляло крестьянину никаких выгод, а, напротив, большие убытки в сравнении с уплатою штрафа.

Притом же ещё и нельзя было рассчитывать, что если поедешь исповедаться в отдалённый чужой приход, то всё это там и отбудешь. Это не всегда удавалось. Из дел видно, что люди, пытавшиеся запастись исповедными отписками от священников чужих сёл, "ездили в эти отдалённые приходы напрасно, ибо когда они приезжали туда во время Великого поста, то не заставали там попов при своей должности, поелику они были в то время вытребованы в заказы и содержались там для объяснений в течение нескольких недель".

Вызовы же священников в заказы, как видно из тех же дел, даже "нарочито совпадали со днями постов" и были обыкновенно "последствием доносов, посылаемых в заказы от дьяконов и причетников, с очевидным расчётом сделать зло священнику, оторвав его от прихода в говейные дни, когда люди отбывают исповедную повинность".