Последняя фраза относилась к сыну, который быстро кивнул и поспешил заверить дракона:

— Конечно, отец. Это только…

— Видите, — невозмутимо обратился Ффаффарилл к Фемистоклу. — Он раскаивается. Примите во внимание, мастер Фемистокл. Вы ведь тоже были когда-то молоды и неуправляемы, не так ли?

— Это правда, — со вздохом признался Фемистокл. — Но есть одно отличие. Ваш сын…

— …уродился немного более диким, чем другие, я это знаю, — перебил его дракон. — Я не собираюсь оправдывать его поведение, но я считаю, что он уже достаточно наказан и должен получить шанс исправиться. Кроме того… — в голосе Ффаффарилла послышался упрёк, — мне кажется, это было слишком жёстко — сразу лишить моего сына и его друзей магической силы.

Фемистокл упрямо покачал головой.

— Это естественно, что вы заступаетесь за своего сына, благородный Ффаффарилл. Но если бы даже я этого и хотел, то не смог бы так просто снять проклятие…

— О, это не проблема. — Ффаффарилл подмигнул. — Уже все в порядке.

— Но… — Фемистокл растерянно переводил взгляд с Ффаффарилла на его сына и обратно.

Огонь тоже был озадачен, и вид у него был весьма глуповатый, но Фемистокл почувствовал: что-то изменилось. Ффаффарилл смог снять заклятие, лишь моргнув глазом, — а ведь речь шла о сильнейших магических чарах, которые применил Фемистокл. У Огня в этот момент хватило ума промолчать и незаметно отступить за огромный чешуйчатый хвост своего отца. Однако плохую услугу оказал Ффаффарилл своему сыну…

Будто прочитав его мысли, дракон сказал:

— Я знаю, вы считаете, что я не должен был этого делать, мастер Фемистокл, но в конце концов он — мой сын.

— Но вы поступили в конце концов… эээ… чуть-чуть необдуманно, — осторожно возразил волшебник. — Он ещё долго не сможет толком управлять своей силой, а ведь она по своей мощи равна вашей.

— И вы боитесь, что он может доставить вам неприятности, — вздохнул Ффаффарилл.