Ф е д я. В военторг за колбасой.

Н а д я. Позавчера ходил.

Ф е д я. На батарею к зенитчикам. Там у него один землячок есть, так он как раз из дому четыре кило сала получил.

Н а д я. Третьего дня...

Ф е д я. За добавочной порцией на кухню мотался.

Н а д я. Ну, конечно! Погоди, придет, я ему дам духу!

А н д р е й. Товарищ военфельдшер! Сядьте. Успокойтесь. Разденьтесь. Остыньте. А то, смотри, от тебя уже начинает пар идти. Выпей кружечку чаю.

Н а д я. Спасибо.

Ф е д я. Клади сахар. Что слыхать нового?

Н а д я. Только что к нам доставили одного раненого бойца из-под самых Петушков. Так он говорит, что гитлеровцы впереди своих позиций выгородили такую громадную стенку из снега - километра на полтора. Облили водой, и теперь она как каменная. Вот сволочи!

Ф е д я. Отчаянно сопротивляются.

А н д р е й. Ничего. А погода как? Метет?

Н а д я. Утихает. Звезды уже кое-где видать.

А н д р е й. К утру утихнет?

Н а д я. Похоже, что утихнет.

А н д р е й. Не мешало бы. Еще кружку, Надюша.

Т е л е ф о н и с т (в телефон). Картошка слушает. Хорошо. В порядке.

Ф е д я (напевает). "Счастья кусочек - синий платочек..."

IV

Те же и Вася.

В а с я (с грохотом тащит по ступенькам большой ящик). Встать, смирно! Ух ты, тяжелый! Насилу дотащил. Ну-ка, ребята, пособите! Что это у нас как будто народу прибавилось? А, товарищ военфельдшер! Я так и предчувствовал, что у нас в блиндаже один лишний человек. Даже два лишних подарка захватил. На всякий случай. Это мне, наверное, сердце подсказало. Верно? Здравствуйте.

Н а д я. Товарищ Девяткин! Вы опять нарушили режим, который я вам предписала! На каких условиях я вас оставила на переднем крае? Вас оставили на переднем крае исключительно на том условии, что вы будете подчиняться режиму. А вы не подчиняетесь режиму. Вам надо лежать и не ходить, а вы встаете и ходите. Вы не бережете свою ногу. Она у вас никогда не заживет.