Вандалу приходилось самому наказывать малышей. Он раздавал направо и налево щелчки, награждал густыми колобками, но чаще всего просто грозил.

Лесничок полюбил своего младшего товарища.

Однажды на прогулке в Екатерингофе он рассказал ему о себе.

- Я ведь не педагог по профессии, - улыбаясь, сказал он. - Я ботаник. В мирное время служил в Петербурге в Ботаническом музее, заведовал тропическим отделом. Всю жизнь провел с магнолиями и пальмами. Ухаживал за ними, любил их. В девятнадцатом году они замерзли.

Он замолчал.

- Ну, а дальше? - спросил Ленька.

- В том же году я потерял жену и дочь... Обе умерли от тифа. Я тоже болел, но выздоровел. Решил сделаться воспитателем. Прочел немало книг по педагогике и вот... Оставьте покурить.

Ленька протянул воспитателю дымящийся окурок. Сплюнул и сказал:

- Да, шкидцы не магнолии.

* * *

Как-то раз в воскресенье Шкида отправилась на Канонерский остров*. После обеда забрали с собой мешки с провиантом, построились в пары и двинулись в путь.

______________

* Канонерский остров - в Ленинградском торговом порту, работники которого шефствовали над школой имени Достоевского.

В Торговом порту взяли у коменданта пропуск и переправились на лодках через канал. Потом долго шагали по узкой дамбе в самый конец острова, на свое излюбленное место.

Шкидцы рассыпались по кустам: искали землянику, собирали громадные букеты полевых роз, которые за ненадобностью сейчас же выбрасывали.

Ленька сидел со своим сламщиком на ступеньках разрушенной беседки. Разговаривали, курили. Потом товарищи позвали Леньку играть в лапту...

Незаметно выплыла над заливом луна.

На песчаном морском берегу зажгли костер.

Продрогшие от позднего и лишнего купания, ребята толпились у костра. По очереди ходили собирать хворост. Когда пришла Ленькина очередь, он встал и, поднявшись на откос берега, отправился на другой край острова, на обросший густым кустарником берег морского канала.