Край, где блеянье стад и мычанье,

Над степным нависая привольем,

Спорит с криками полчищ пернатых,

Где от крыльев строчащего свиста

Хрустом веточки кажется выстрел.

Там река устремляется в море,

И на нерест идущая рыба

Так теснится в бурливом движеньи,

Что весло будет колом держаться,

Погруженное в гущу кипенья.

* * *

В той стране, уверял Козий Хвост,

Любят волю и нрав разудалый...

Между тем переехали мост

И увидели двор постоялый.

Будто флейта пропела в тиши

Перед стылым закатом осенним,

Голубей стая села на крышу,

На крыльце показалась хозяйка,

Сдобный запах печеного слышен.

Сердцу чуется трепетный вздох,

Грусть растаяла в лоне угревном,

Словно узнанный отзвук напевный

Ликованья ночного вдвоем

Вызвал стойкости пылкой подъем.

У хозяйки на щечках румянец.

К посрамлению здешних гостиниц,

Предложила заморские вина.

А едой увлеченный мужчина

Лизелотту глазами ожег

И до рта не донес пирожок

Удалец богатырского роста,

Кудри - смоль, стреловидные брови,

Рот лоснится, краснее крови.

* * *

Немало выпито вина

Вновь Лизелотта озорна:

"Ах, разве я замужем,

Замужем, замужем?"

С ней польку пляшет удалец,

Он из Богемии купец

Как Крез богатый Вацлав,

Путь держит в город Брацлав.

* * *

Манит Лотаря пляска иная.

Непокорна, дика и ревнива,

Обрученная с молнией воля

Жаждет страстного смеха измены.

К танцу звезд воля дерзкая рвется,

Без лукавства не мысля веселья.

Нет ревнивицы, более падкой

На слезу непорочных соперниц,

И узнала б докуку заботы

Добродетельная Лизелотта,

Не спасись она в танце беспечном