От привязчивой боли сердечной.

Лотарь ловит хозяйки улыбку,

Мнится в блеске трепещущем заводь,

Что таит в глубине боязливой

Золотую капризную рыбку.

Млеет в муках любовь рыболова,

Просит удочка жадного клева:

Станем мы друг для друга добычей

Выше радуги взвиться готовы!

* * *

У хозяйки муж в отъезде

Отвори, молодка, ставни!

Ждет упругих ног тропинка.

Травки шелковой мысок

Пусть почувствует шажок

Пробужденного рассвета...

* * *

Не впервой я слышу стуки

В крепко запертые ставни:

Звал купец бежать по тропке

На заветный на мысок,

Но прищучил щучку хватко,

Уезжая, муженек.

* * *

Ревнивец к молодке привел живописца,

И тот ее голое тело

Так расписал за пригоршню монет,

Что малой прогалинки нет.

От икр до пупка и до самых подмышек,

От шеи до ягодиц гладких

Все скачут и скачут лошадки.

Сотрется какая от чьей-нибудь ласки

Кровавая грянет развязка!

* * *

Локоны медные с красным отливом,

Томно черные глазки мерцают.

Видятся Лотарю круглые бедра

Белоснежной глазури белее.

Так станьте ж, два сердца, медовым восторгом

Медоносного лета полнее!

Быстрый орел, хитроумный ягнятник,

Грома выстрелов не убоится

Взмоет с овечкой, смеясь над стрелками,

В облака ветрокрылая птица.

Нет той ловушки во всем белом свете,

Нет той натасканно-истовой стражи,

Нет тех порогов на бешеной речке

Чтоб Лотарю сделалось грустно,

Взгляд лишился бы острого блеска.

Вкус разборчивый жаждет и жаждет изысков

И находок жемчужного лоска!

Ищет глаз белизны нежно-царственных лилий,

Роз горяще-пурпурного зноя.

Челн порожистой речкой в рассветное пламя,