КОРОЛЬ. Невидимой, неслышимой и неосязаемой.

ТКАЧ. Совершенное справедливое добавление, Ваше величество.

КОРОЛЬ. Мое-то совершенно справедливое добавление меня как раз и беспокоит, вернее, меня беспокоит то, что я в этом добавлении имел в виду.

ТКАЧ. Я весь внимание, Ваше величество.

КОРОЛЬ. Хорошо еще, что эскорт никого не пропустит пощупать ткань. Но вот если бы хоть малейшее шуршание!

ТКАЧ. Ваши подданные слишком глупы для вас.

КОРОЛЕВА (обращаясь к Ткачу). Я хотела вам сказать...

КОРОЛЬ. Потом, душенька, потом; здесь решаются дела государственной важности.

КОРОЛЕВА. Ну да, дело государственной важности, если тебе хочется повертеть перед людьми голой попкой.

КОРОЛЬ. Ах, я один, я совершенно один!

ТКАЧ. Я с вами, Ваше влеичество.

КОРОЛЬ. Спасибо, мой дорогой, спасибо. Значит, вы тоже оденетесь так?

ТКАЧ. О, нет, Ваше величество, я недостоин!

КОРОЛЕВА. Почему недстойны? Вы так...

КОРОЛЬ (с раздражением). Прежде всего он умен - не каждому дано понять, какую миссию возлагает история на настоящего монарха. Остается выбрать день, когда я появлюсь перед народом. Торопиться не следует - здесь важно выбрать подходящий момент.

ТКАЧ. В соседнем государстве идут аналогичные приготовления, Ваше величество.

КОРОЛЬ (осуждающе). Вы поделились с ними своей идеей?

ТКАЧ. Идеи носятся в воздухе, Ваше величество.

КОРОЛЬ (с беспокойством). И насколько они продвинулись?

ТКАЧ. Нельзя знать наверняка, Ваше величество, все держится в строжайшем секрете. Тамошний ткач...

КОРОЛЬ. Ну что же это такое: вокруг одни ткачи, а королей все меньше и меньше. Это я так, шучу. Итак, чем раньше, тем лучше. Остается самый важный вопрос.

ТКАЧ. Ваше величество, я не возьму денег.

КОРОЛЬ. Вот теперь я вам верю! (С внезапным подозрением.) Как, совсем?

ТКАЧ. Для меня огромная честь быть полезным Вашему величеству и обновлению общества.