Виктор, оставшись один за столом, с облегчением вздохнул и снова посмотрел на неоткрытую банку пива. Потом на часы. Без четверти семь. Пора бы уже ему появиться.

Но собкор так и не появился. В полвосьмого Виктор опустошил банку пива и ушел.

Поел уже в гостинице, в ресторане. Потом поднялся в номер и снова позвонил собкору, но длинные гудки продолжались и продолжались, пока Виктор не опустил трубку на место.

Глаза слипались. Теплота гостиничного номера расслабляла и усыпляла.

Решив утром перезвонить собкору, Виктор улегся на кровать и сразу уснул.

11

В Киеве снова моросил дождь. Участковый Сергей Фишбейн-Степаненко зашел в квартиру Виктора. Разулся. В вязанных зеленых носках он прошел на кухню, вытащил из морозильника рыбину лосося, обломал ее об колено и половину положил в миску, стоявшую на низенькой детской табуреточке.

- Миша! - крикнул он и прислушался.

Не дождавшись ответа, он прошел в первую комнату, потом в спальню. Там, за диваном, он и увидел Мишу, то ли сонного, то ли грустного, стоящего у стены.

- Пойдем, пойдем кушать! - ласково позвал его участковый.

Миша посмотрел милиционеру в глаза.

- Ну пойдем! - попросил участковый. - Скоро твой хозяин вернется! Ты скучаешь, да? Пойдем!

Пингвин неспеша поплелся в кухню, а Сергей, осторожно ступая, пошел следом. Проводил его до миски на кухне, проследил за началом трапезы, после чего с чистой совестью вернулся в коридор, обулся, оделся и вышел под моросящий киевский дождь.

- Хорошо бы, если б день прошел без вызовов! - подумал он, посматривая на мрачное низкое небо.

12

Утром Виктора разбудила беспорядочная стрельба, доносившаяся с улицы. Зевая, он поднялся, посмотрел на часы - восемь утра. Подошел к окну внизу стоял милицейский джип и скорая помощь.

Подняв взгляд, Виктор заметил синеву неба и бледножелтое солнце, показавшее свои первые лучи из-за серых сталинских зданий. Погода обещала быть хорошей.