Однако, - подумал он, - ничего себе.

- Ладно, на сегодня хватит, - сказала девочка, аккуратно загнула страничку и закрыла книгу.

- Помочь тебе?

- Нет, спасибо, сама. Можно?..

Учитель литературы подвинулся. Девочка вцепилась пальцами в косяк и осторожно развернулась, медленно перекинув через подоконник сначала одну ногу, потом другую. Спрыгнула на пол и пару секунд постояла, не двигаясь, потом отряхнула ладони от кусочков сухой краски.

- Что ты читаешь? - спросил он.

- Блока, - сказала Таня.

- Что именно?

Таня посмотрела с интересом.

- Удивительно, - сказала она, - обычно фамилия автора взрослых полностью удовлетворяет.

Он улыбнулся:

- Ну так?

- Не Блока, - сказала Таня, - я читаю Парни, "Войну богов".

- Это, кажется... - начал он и осекся, чтобы не сказать "порнографическая", - э... довольно откровенная книга.

- А мне кажется, - сказала Таня не без издевки, - что для автора середины восемнадцатого века Парни проявляет редкую смелость в анализе конфликта античных и христианских религиозных постулатов.

- Понимаю, - сказал он, - я для тебя дикий зверь. Серое и унылое существо, призванное отравлять тебе жизнь.

Девочка слегка смутилась.

- Читай, - сказал он, - читай, Таня. Я до двадцати лет там кое-какие вещи доосмыслял, в частности, про Руфь и Аполлона. Потом уже понял, что он говорил о гермафродитах. Можешь на олимпиаде написать сочинение по нему. Жюри, я думаю, офигеет.

Сепатит

Алло? Здравствуй-это-я. И тебе. Как вы там? Я? Я так точно ничего, что мне станется. Ну вот как-то так, да. Да-да, нет, сейчас побежишь, я как бы по делу, я вот хотел только сказать: ты если с Сережей будешь гулять, не подпускай его ни к каким животным, кошкам всяким, собакам, и руки пусть моет хорошо, да? А то в Москве сепатит, вот сейчас по радио сказали. Ну, болезнь такая, ей болеют птицы, у них это как бы воздушно-капельным, а у кошек, если такую птицу съесть.