Шалимов никогда не предполагал, что стал настолько популярен. Какой то год на телевидении сделал его более известным, чем за все предыдущие полтора десятилетия работы в журналистике. Даже здесь, в этом провинциальном аэропорту, за три с лишним тысячи километров от столицы его мгновенно и безошибочно узнавали. Вот и сейчас девушка-контролёр, ещё даже не заглянув в паспорт, сразу улыбнулась Михаилу.

— Добрый день. Вы в наши края? А кто же будет вести вашу передачу?

— Ну, свято место пусто не бывает. Кого-нибудь на время найдут. Может Валдиса Пельша пригласят, — пошутил он.

Девушка охотно засмеялась, а Михаил невольно представил себе, как размахивая руками, велеречивый ведущий музыкального шоу говорит примерно такой текст: "А теперь, дор-рогие телезрители, угадайте в разрозненных частях этого тела всемирно известного в определённых кругах

Ваську Краплёного, недавно исчезнувшего при загадочных обстоятельствах…"

Получив обратно паспорт, Шалимов прошёл к пункту осмотра и сразу понял, что его узнали и там.

— Очередное расследование, Михаил Иванович? — спросил молодой лейтенант, принимая из рук Шалимова паспорт.

— Да нет, на родину надо съездить, я же из этих мест родом, — пояснил журналист, ставя свою объёмную сумку на ленту транспортёра. Вытащив из карманов весь металл и сняв часы, Шалимов предупредил проверяющих: — Только у меня ещё не родная железяка в бедре торчит, так что звенеть я всё равно буду.

Оба милиционера понимающе кивнули головой. Историю гибели семьи Шалимовых, после которой в бедре журналиста оказались металлические запчасти, довольно подробно освещалась и в прессе и по телевидению. Но был ещё один предмет, который Шалимов не хотел пускать под бдительное око досмотра.