Я ловлю себя на том, что в то время, когда мой родной и, между прочим, единственный брат, страдает от переломов и ушибов в больнице, я без капли сострадания набираю рекордное количество очков и просчитываю способы поиска владельца белого «Мерседеса». На экране со страшным писком обрушивается пирамида из разноцветных кубиков и я попадаю в таблицу.

Получу завтра гонорар за статью о принтере и куплю Лехе в больницу, что-нибудь экзотическое. Манго или фейхоа. Впрочем, он по фруктам не «прикалывается. Для Алексея Владимировича лучшее фейхоа это колбаса.» Весьма довольный своей человечностью и глубокими познаниями вкусов брата я поднимаюсь. Телефонный звонок застает меня на пол пути к кухне, где я собрался, было поживиться бутербродом и чайком.

— Але. — Вслушиваюсь в тишину и гадаю, кто из моих подружек решил подшутить на сей раз.

— Ты, козел, — хриплый низкий баритон никак не напоминает приятные голоса моих знакомых. — Не суй свой нос, куда не надо. Понял?

— Не-а. — Без смущения расписываюсь в своей бестолковости.

— Напрягись и пойми. Не поймешь — откусим.

— Что? — Смысл угрозы не срезу доходит до меня.

— Нос, идиот.

— Вы с острова Туамоту? — Мне нравиться, как звучит мой вопрос: небрежно и слегка иронично. Именно так господа типа Джеймса Бонда общаются с пьянчужками, не способными правильно набрать шесть цифр телефонного номера.

— Что? — наступила очередь удивляться обладателю хриплого баритона.

— Поясняю: Туамоту — последний заповедник каннибалов. Везде их цивилизовали, а там оставили размножаться в дикой природе и разрешают баловаться человеченкой. — Я, довольный собой, кладу трубку. Но дойти до вожделенного холодильника мне снова не удается. Телефон надрывается, как сирена у пожарной машины, не подчиниться такому воплю — выше человеческих сил.