Василиса свет Матвевна, ты и впрямь не знаешь сна.

У тебя на сердце, верно. вечно девичья весна!

И легко челнок играет, плещет рыбкой золотой - пусть заказчик выбирает цвет любой, узор любой.

Пышут летом и зимою радугой из-под руки - синим, красным и зеленым бабкины половики.

Эх, была бы моя власть, их бы под ноги не класть; постелить и глянуть вкось: как же это де - ла - лось?!

Разноцветные метели в карусели завертели.

Как взглянули раза два - закружилась голова.

Ой, желтый квадрат и зеленый квадрат, так смотрел бы и смотрел бы день за днем подряд!

Ходит селезень дорожкой, носит красные сапожки, а с таким половиком можно прямо босиком...

Василиса свет Матвевна, деревенская царевна, у твоих резных ворот собирается народ и несет домой оттуда пестроклетчатое чудо.

Здесь на радость человеку ткешь ты радужную реку.

Помрачнеет сторона без такого полотна.

Остроглазая, как птица, косы стянуты узлом, ты склонилась, мастерица, над прабабкиным станком.

Плавно, с виду без усилья набираешь воздуха; и летают руки-крылья день-деньской без роздыха.

25.10.68

ПЕРЕСВЕТ И ЧЕЛУБЕЙ

Вздыблены кони в отчаянной пляске, зябко блестят золоченые пряжки, шлемы, кольчуги, щиты, холод на вечные времена!

Высох наколотый ловко на пику ханский любимец, не выплюнув гика; сросся с седлом, прикипев к стременам, кряжистый, жилистый русский монах.

Ратники ждут: чьей победе пробить?

Быть под татарами русским - не быть?

Ждут, задыхаясь; устали сердца...

Нет у начавшейся схватки конца!

Вечная схватка - как вечная слава спасшему Русь от полона и срама!

Кладбищем нивы зеленые стали, кладбищем рабства, стершейся стали, тел человеческих разных религий...

Стали одною из русских реликвий!

Памятник лучший - память людская.

Чтобы, младенца любовно лаская, пела о подвигах прадедов мать - вечно двум всадникам копья ломать, каменных пальцев вовек не разжать, их жеребцам вечно рваться и ржать!

1964