
Неужели он не сдержал обещания, неужели бросил её семью, которую назвал своей? Бросил как ту - прежнюю, в которой жил много лет, помогая домашним своим души строить... Не одно поколение в той семье сменилось при нем, росли дети и старики умирали, пока не настал гибельный для семьи двадцатый век, когда угасла она, когда жизнь в ней оскудела, как мелеет и сохнет вода в роднике, который не смогли уберечь от запустения, грязи и сора...
Сеня не верила, не хотела верить, что Проша оставил её - оставил на пороге радости, пообещав новую жизнь...
"Нет, не мог он так поступить, он не такой, мой Проша! - ворочалась Сеня ночами, кусая губы без сна. - Эта новая жизнь, наша семья, в которую ему велено было войти, велено свыше; звание чистого духа, которое он получил - награду, для нечисти просто немыслимую, - все это так его радовало... да он как на крыльях летал! Едва ли не ангелом себя почувствовал! А сколько пришлось ему испытать, прежде чем это случилось? Он ведь искупил свою вину перед прежней семьей, которая по его милости пострадала, спас последыша своего - последнего в том роду - от верной гибели спас, хоть последыш этот и сущий гад, которого и спасать-то не стоило! Ведь по его милости мы с папой в такую передрягу попали - просто ужас, чуть не погибли оба!"
Когда девчонка вспоминала о пережитом, её начинало прямо-таки колотить - зуб на зуб не попадал... Если б не Проша, едва ли сидела она сейчас на ступеньках родимой лестницы!
От волненья Сеня застучала кулачками по сжатым коленкам - нет, не может такого быть, что Проша их предал! Но тогда почему? Почему он не дает знать о себе? Ведь сегодня последний день свободы, завтра - в школу, неужели не мог явиться, чтобы поздравить или, скорей, посочувствовать, мораль прочитать - Проша страх как любил нотации! Был бы он человек - она бы, как пить дать, считала его занудой. Но в устах домового поучения были вовсе не такими уж скучными, уж с кем с кем - а с Прошей скучать ей не приходилось! И теперь она готова была до глубокой ночи выслушивать его воркотню, лишь бы только он появился...
