- Согласен, Степан? -воодушевленно спрашивает Виктория.

- Конечно! -кричит Степка. - Конечно! Станем заниматься, я поступлю тоже в институт...

Он останавливается, счастливо пораженный перспективой, которая открывается перед ним. Степка хочет сказать еще что-то радостное, благодарное, но в кустах раздается треск, грохот, над смородиной поднимается клуб пыли, потом слышен недовольный, чертыхающийся голос: "Понаставят мотоциклов, не проехать!"-и на поляне появляется Семен Кружилин. Он в той же замасленной рубахе, в какой бывает на промысле, на лоб сдвинуты большие очки - окуляры. Семен ведет за руль черный странный мотоцикл, похожий на железную сигару с двумя колесами, - так Семен модернизировал известный "ИЖ-56": впереди для обтекаемости напаян металлический лист, позади красно-голубой хвост; глушителя, конечно, нет, чтобы не терялась мощность, а заводится мотоцикл кнопкой.

- Раззявы! -лениво говорит Семен. - Выставили мотоцикл на солнце. Почему? Ведь облезет краска! Чего молчишь, Степка? - Семен сплевывает, садится в седло, но перед тем как нажать кнопку, равнодушно произносит: Целуетесь, а Ульян Тихий валяется возле чайной... До того набрался...

Прикоснувшись пальцем к кнопке, Семен вызывает гремящий вой мотора, склонив ухо, прислушивается к нему, сбавляет газ, кричит:

- Я бы увез его домой, да теория не позволяет. С пьяницами надо бороться не так... Не так, дорогие товарищи! Ну, целуйтесь на здоровье!

Семен с оглушительным треском уезжает, оставив на поляне растерянного, покрасневшего до невозможности Степку Верхоланцева - упоминание о поцелуях словно обухом ударило его. Он смущается, отводит от девушки глаза. Холера, Семен! Не знает он, что не только поцеловать Викторию, но и подумать об этом не решается Степка, - такая она гордая, решительная, волевая.

- Уехал! - растерянно говорит Степка, а Виктория придвигается к нему, кладет руку на покрасневшую Степкину шею; он невольно поворачивается к ней, и она смело, быстро наклоняется и крепко целует его в губы.