- Как же не сожгли, - возмутился Хлыстов, - если я сам фильм про это видал.

- Кеша ваш сукин сын, - сказал Юрий Дмитриевич.

- Допустим, - сказал Хлыстов, - парень совершил проступок. Он взял на себя самолично функцию государства... То есть я имею в виду функции борьбы с религией... Мы его за это накажем, мы его дисквалифицируем на две игры... Выпил, возможно... Поспорил с ребятами... Он же на спор это сделал... Но церковники эти... Вы ведь читаете атеистическую литературу... Ведь у них-то делишки... Вот кто уголовники. Они чем берут народ? Зрелищем... И в этом смысле наш советский футбол играет атеистическую роль, привлекая к себе массы... Так можно ли позволить, чтоб в наше время церковники судили атеиста... При советской власти...

- Я вот про что подумал, - сказал Юрий Дмитриевич, - про тех, кто защищает устои власти только потому, что механически при этой власти родился и живет... Родись он при другой власти, он так же рьяно играл бы не в советский футбол, а в какой-нибудь другой общественно-политический футбол... Кстати говоря, об атеизме... Что это - вера или безверие?

- Я не понимаю, о чем вы, - удивленно сказал Хлыстов. - Что же касается ваших намеков...

- Да я не намекаю, - сказал Юрий Дмитриевич, - я вовсе и не вас спрашиваю, товарищ футболист... Я себя спрашиваю... Религия есть вера в то, что Бог есть... Атеизм - вера в то, что Бога нет... Вера в то, чего нет... Странный каламбур получается... Если религия придает форму человеческому незнанию, то атеизм требует конкретных ответов на такие вопросы, которые человечество еще не скоро поймет... Религия говорит: человек существует по велению Божию... Атеизм говорит: человек существует для того, чтобы понять, для чего он существует... Здесь круг... Да... Подлинный атеизм не имеет ничего общего с журнальчиками, высмеивающими блудливых попиков...

- Вы меня извините, - сказал Хлыстов. - Я тоже доцент... Даже странно... Вы тоже доцент, а у вас в голове идеологическая каша...