Двигаясь в колонне машин, в час по чайной ложке, я ругал соседних водителей, свирпел, никак не мог вспомнить, как по-английски 'трус'. Когда что забыл - пиши пропало, лучше и не стараться. 'Ковард' - вдруг проклюнулось слово.
'Ковардс!'- выпал снежок и - катастрофа. Кто начнёт войну против Штатов в снег или дождь, тому успех гарантирован. На новеньких, рубчатых шинах, по широким шоссе - ну от чего тут дрожать! В России перелатанный мой '3апорожец' на лысых скатах летал по ледяным буграм; не работала печка; черный глазок был прокарябан в ветровом стекле.
Я чертыхался, приводя соседей в ужас, газуя, обходя по кромке одного, второго...
Пока, вскоре, не выбрался на свободный хайвей и тогда пошел ровно, без задержек вдоль энергоцентрали, похожей на бесконечный ряд Эйфелевых башен. Парижу хватит одной, но тут - Америка! На холмистом снежном просторе я принялся декламировать незабываемое место из письма Ленина Крупской: ...и непгеменно станьте на лыжи. С горки на горку-кгасота!
Как раз, когда я шёл под горку, машину крутануло; загремела пустая банка в багажнике; портфель взлетел к потолку; что-то хрустнуло у заднего вала. Я ясно видел, как наш отдел собрался на совещание; все с ужасом уставились на меня.
Опоздал...
КАРПУЛ
Обычно я езжу на работу не один, а с Бобом. День на его машине, день - на моей.
У нас с ним - карпул'. До офиса от наших с ним соседних городков миль 30, то есть 80 км туда и обратно. Сегодня отдыхает моя 'Хонда', завтра его 'Бьюик'. Сначала я упирался, не желая связывать себя, но Роберт деликатно убедил, что мы сбережем 'хорошенькую сумму' как на бензине, так и на долгожительстве наших автомобилей. Когда подъезжаем к автостоянке, видим, что не одни мы такие умные - отовсюду группы карпульщиков подтягиваются к подъезду. Бывают карпулы на троих, на четверых... сколько влезет в машину.