Елена.  Восемнадцать лет! Детство это в жопе играет!

Вадим (сидя в кресле).  Я понял! В этом есть смысл. (Сергею.) Только проверь - послушничество относят к альтернативной службе? Кажется, должны относить.

Елена.  Чего?

Вадим (водит, будто пишет, пальцем по воздуху). Заявление. "Так как мои религиозные убеждения препятствуют мне брать в руки оружие - о чем свидетели есть (мои братья по монастырю),- прошу освободить меня от несения воинской службы в доблестных рядах м...м...м... и заменить мне вышеозначенную воинскую службу альтернативной в том же монастыре".

Елена. Вадик, у Сергея - "белый билет".

Вадим.  "Белобилетников" сейчас - четверо из пяти. Самое обычное дело "белобилетники". Скоро из "белобилетников" специальные войска начнут набирать - "белую" гвардию.

Сергей.  Папа, я не для этого! Я от службы не прячусь!

Вадим.  Скажи еще, что ты с детства мечтал пострелять! (Елене.) Не помню, он мечтал или нет? Играл в войнушку он?

Елена.  Иннке Карасевой по ногам горохом стрелял.

Сергей (улыбнулся).  Из пикана, на улице.

Вадим.  Не плохо. Но в военкомате об этом молчи. Диагноз моментальный снайпер, мотострелок.

Елена (Вадиму).  Типун тебе на язык!

Сергей (Вадиму).  Я не трус!

Вадим.  Верю.

Елена (Сергею). Так бы сразу мне объяснил!

Сергей.  Что объяснил?

Елена.  Про Инну.

Сергей.  Инна Карасева здесь ни при чем!

Вадим.  Он не трус.

Сергей.  Я не трус!

Вадим.  Верю.

Елена.  А что тогда он? Что? Что? Поссорился с девчонкой - и все, в монастырь!

Вадим (Елене).  Не - что, а - кто.

Сергей.  Мама!

Елена.  Что - он - творит! Поссорился с девчонкой, а я и в ум не возьму!

Вадим.  Ты, Елена, вот что - ты иди, не мешай. Мы с ним побалакаем по-мужски.