- Действительно примитивный.

- Ладно вам! С вашим-то благочестием можно и не такие органы отрастить!

- Я, честно говоря, не очень этим увлекаюсь.

Господин Останкин снял верхнюю часть робокостюма, лифчик и ягодичный массажер.

Доктор Философии залюбовался небольшими, с гордо поднятыми сосками, грудями, изъеденными язвами.

- О! - воскликнул доктор, заметив страшный шрам, опоясывающий точеную талию господина Останкина. - Деление тела! Фантастика! Я только раз видел такое. Человек показывал шрам за пять минус-наказаний.

- Подделка, - томным голосом сообщил господин Останкин, ему явно была приятна реакция Доктора Философии. - Я - единственный! Подойдите поближе.

Господин Останкин слегка оттянул кожу на ребрах, под правой грудью. Кожа с треском разошлась.

- Можете проткнуть мне легкое. Возьмите лучше спицу.

- За так? - ухмыльнулся Доктор Философии.

- Сто минус-наказаний устроит?

- Мало. Тысячи за две я могу это сделать.

- Вы с ума сошли. Двести - предельная цена за оказание этой ничего не значащей любезности!

- Оставим этот разговор. Покажите лучше выращенные вами органы.

- Вообще-то я их почти все уже ампутировал. Я их выращиваю, чтобы провести какую-нибудь неожиданную ампутацию.

- Но что-то наверняка осталось.

- Конечно: гонг, приживлен к пятнадцатому позвонку, усиливает ужас; глаз апокалипсиса, под языком, помогает видеть кровеносную систему человека; лимб, в прямой кишке, усиливает общее ощущение отвращения; маршальский жезл, в матке, пространственное ощущение боли.

- Это все - имплантанты?

- Нет. Гонг и маршальский жезл выращены посредством генной инженерии. Остальные имплантанты, но имплантированы в виде зародышей. Я очень много экспериментирую.

- Почему ваш женский половой орган так неразвит?

- Шестая ампутация оказалась неудачной. Пришивал орган, купленный в лавке порочных. Женщин было мало, зато девочки уродились, но, с другой стороны, женские половые органы были очень модны.