Смит не смог отвести глаз от топора, с острия которого капала кровь.

- Возьми полиэтиленовый мешок и заверни в него этого дохляка. И приберись в прихожей, - с угрозой приказал Иэн.

Смит наконец очнулся и бросился выполнять приказание, но через несколько секунд влетел в комнату с перекошенным лицом. Иэн и Майра уже успели заняться любовью: пролитая кровь возбудила их.

Увидев Смита, Иэн понял, что произошло нечто непредвиденное. Даже не надев брюки, он вышел в прихожую. Эдвард лежал с полуоткрытыми глазами и стонал. Иэн грязно выругался. И отправился на кухню. Оттуда он вернулся с обрывком электрического шнура, который через несколько секунд захлестнулся на шее Эдварда.

Несколько дней Дэвид Смит не выходил из дома. Он лежал на кровати в доме с наглухо закрытыми дверями и окнами и дрожал от страха. То ему казалось, что вот-вот войдет Иэн и заставит следовать за ним, то ему мерещилось, что за ним пришла полиция. Через несколько дней Смит, вконец измученный кошмарами, принял окончательное решение. Рано утром он вышел из дома и из ближайшего телефона-автомата позвонил в полицию.

Дежурный полицейский знал Смита как мелкого дебошира и, грешным делом, подумал, что он просто изрядно выпил и таким образом хочет подставить своего дружка. Однако в ответ на шутливую реплику полицейского Смит заорал таким голосом, что полицейский едва не упал со стула. В результате сообщение он принял и тут же доложил своему начальству.

Через некоторое время к дому Иэна Брейди подошел мужчина в белой форме хлебопека с несколькими буханками хлеба в руках. Это был полицейский Боб Тэлбот. На его звонок в дверях вскоре появилась полуодетая Майра. Увидев "хлебопека", она успела произнести только одну фразу: "Хлеб у нас уже есть!", но тот отстранил ее и прошел в квартиру.

Иэн лежал на кровати и сосредоточенно писал объяснительную, почему он не может выйти на работу. Увидев незнакомого мужчину, он спросил: