А-прим. Верно говорите. Перемелется - мука будет. Когда начнем?
А. Становиться? Прямо сейчас.
А-прим. А нас не мало?
А. Достаточно. Когда мы безусловно сойдемся в какой-нибудь общей черте, привязанности или неприязни, нам будет легче выявить найденное в других Андреях Николаевичах Сомовых. Мы будем знать, что искать.
А-прим. Тонко. Умно. Ваше здоровье. Или нет - за успех!
Пьют.
А-прим. Что мы такое пьем? Это вы на грецких орехах настояли?
А. На перепонках, чистый спирт. Одобряете?
А-прим. Всей душой. Может быть, в этом единство?
А (мотает головой). Неспецифично.
А-прим. Почему?
А. Это многие любят. Нужно знаковое совпадение.
А-прим. В смысле - культовое?
А. Пока нет. Культовым мы его сделаем после. Давайте попробуем политику. Вы за кого голосовали?
А-прим. За Зюганова. А вы?
А. За Явлинского.
А-прим. Тоже хорошо.
А (удрученно вздыхает). Да нет, не очень.
А-прим. Что, разочаровались?
А (уже настороженно). Почему это? Ничуть. Общности не видно, вот я и вздыхаю.
А-прим. Ну, о чем-нибудь добром давайте.
А. Обыкновенного доброго мало. Нужно нечто оригинальное... (Думает). Я слышал однажды по радио про повара, которого судили в Америке. За то, что он вынимал из морозилки замороженные гамбургеры и катался на них, как на коньках. Все молчали, пока не отравился шериф...
А-прим (с энтузиазмом). Я понял! Значит, его тезки тоже...
А. Вполне возможно. Это не обязательно должно быть явным; может ощущаться тайное, а то и неосознанное желание.
А-прим (помолчав). Сколько ему дали, повару?
А. Грозились семь лет.
А-прим. Дьяволы! (Потрясает кулаком). Давай, друг, за него, за повара.