Мальчишки-пионеры, гуляя по реке на лодках, сфотографировали первый в уезде общественный скотный двор для школьного памятного альбома, и получилось чудо: рассветное море и в море корабль. Бьет из бойниц солнечный огонь - салютует новому дню.

Вокруг скотного двора канавы и ямы, заросшие серым бурьяном. Мальчишка Витя, Наташин сосед, по кличке Консервная банка, играет в этих канавах в войну. Армия у него - четыре рослых, очень злых гуся. "Господи, хоть бы собака, как у людей, а то выдумал - гуси. Безмозглые жирные птицы. Их место в гусятнице или во щах. А он, представьте себе, что вообразил водит гусей по поселку на поводках и еще вид делает, словно это не гуси, а дикие звери. Экий Вальтер Запашный".

Как-то возле развалин скотного двора задумчиво собирала Наташа цветы. Представлялись ей в воображении теплое море, и белые скалы, и некий капитан, проплывающий мимо. Смотрит капитан в подзорную трубу прямо на нее. Наташа выпрямилась, прижала к груди полевые цветы ромашки... А вокруг пусто - ни моря, ни океана, ни капитана. Только бугры, косогоры, холмы и пригорки.

- Что за жизнь! - сказала Наташа. - Зачем мне такая земля, где нет ни моря, ни океана?

Раздался за ее спиной крик:

- Вперед! Эскадрон! Заходи! Руки вверх!

Из канав и ям, окружающих первый в уезде общественный скотный двор, с криком и хлопаньем крыльев вылезли гуси. За ними мальчишка Витя по кличке Консервная банка.

Два гуся щипнули Наташу за икры. Третий клюнул ее в колено. Четвертый схватил за мизинец, когда она замахала руками, пытаясь их отогнать.

Пятый сказал:

- Ага...

(Правда, пятого, кажется, не было.)

- Сдавайся! - закричал Витя. - Ты пленница.

- А я тебе, хулиган, уши нарву!

Хулиган Витя мерзко расхохотался.

Хулиган Витя подтянул трусики.

Хулиган Витя тут же добыл ногой из крапивы ржавую консервную банку и принялся ее поддавать. Гуси стояли вокруг Наташи и, вытянув шеи, шипели.