Кочкарев. Разумеется, хороша. Послушай, теперь, так как они все ушли, пойдем к ней, изъяснимся и всё кончим.
Подколесин. Ну, этого я не сделаю.
Кочкарев. Отчего ж?
Подколесин. Да что ж за нахальство? Нас много; пусть она сама выберет.
Кочкарев. Ну, да что тебе смотреть на них: боишься соперничества, что ли? Хочешь, я их всех в одну минуту спроважу?
Подколесин. Да как же ты их спровадишь?
Кочкарев. Ну, уж это мое дело. Дай мне только слово, что потом не будешь отнекиваться.
Подколесин. Почему ж не дать? Изволь. Я не отпираюсь: я хочу жениться.
Кочкарев. Руку!
Подколесин (подавая). Возьми!
Кочкарев. Ну, этого только мне и нужно.
(Оба уходят.)
Действие второе
Комната в доме Агафьи Тихоновны.
Явление I
Агафья Тихоновна одна; потом Кочкарев.
Агафья Тихоновна. Право, такое затруднение — выбор! Если бы еще один, два человека, а то четыре — как хочешь, так и выбирай. Никанор Иванович недурен, хотя, конечно, худощав; Иван Кузьмич тоже недурен. Да если сказать правду, Иван Павлович тоже, хоть и толст, а ведь очень видный мужчина. Прошу покорно, как тут быть? Балтазар Балтазарович опять мужчина с достоинствами. Уж как трудно решиться, так просто рассказать нельзя, как трудно! Если бы губы Никанора Ивановича да приставить к носу Ивана Кузьмича, да взять сколько-нибудь развязности, какая у Балтазара Балтазарыча, да, пожалуй, прибавить к этому еще дородности Ивана Павловича — я бы тогда тотчас же решилась. А теперь поди подумай! просто голова даже стала болеть.