Потому Бородастый и сбивал Пинского перед игрой. Строил расчет на сомнении и страхе. И, как видим, оказался прав. Его душит восторг, и он кричит:

- Все бабки, какие у Кости выиграл, - на гульбу!

Воры побежали за марочным коньяком. Выдержанный высшего качества ящиками прут. Чайную Розу искупали в нем. Черная и красная икра по всему дому разбросаны. А сколько хрусталя разбито!..

Наутро Пинской, Бородастый и окружение валят на вокзал. В десять пятнадцать отправляется на юг скорый поезд. Смотрят - время у них еще есть. Пинской позвал в ресторан вокзала. Пьют вино, а он покорно говорит главарю:

- Я вижу, Петр, ты что-то стал меня не очень любить. А я так хочу угодить тебе! Пожалуйста, убей за мой счет "белого медведя"!

У Бородастого зенки, как у тухлой селедки, помоями политой. Сальной лапой взлохматил Пинскому челку:

- Угожда-ашь? Пра-а-вильно! - Из безгубой пасти от радости язык вылазит. Перегаром разит - конь скопытится. - Умница ты из умниц и еще боле умнеешь, Костюша, г-хи, г-хи... - хвать из рук Пинского пивную кружку. А в ней водка пополам с шампанским - "белый медведь".

Бородастый влил в себя всю кружку. До этого он сколько ни пил, а был в памяти. Но "белый медведь" - зверь полярной ночи. Его убить - это подвиг с накладкой.

Пошли к поезду, а главарь, как дурачок, хихикает, не желает в вагон садиться. Тычется по перрону туда-сюда, пристает к пассажирам. Бандиты его насилу уламывают. Пинской говорит:

- Петр, поезд без нас уйдет! Смотри - проводник уже поднимает свой... как называется-то?

Ревун брякни:

- Х...!

Бородастый как загогочет и к проводнику:

- Свой х... поднял в руке? Отниму-уу!

Бандиты еле-еле оттащили - сунули проводнику на лапу, чтоб не шумел. На ходу уже подсадили в тамбур пьяного. В купе развезло и Пинского приваливается к Петру и бормочет ему в ухо: