А вот и Тихушница. Идет, переваливается уточкой. Тоже вообще-то лапочка. Она, конечно, не Наполеон на мосту, но я глубоко убежден, что "они от нее никуда не уйдут". Как-то раз она сказала: "Я знаю, что им всем надо". Сейчас, когда так ослепительно блестят ее очки, я верю - знает.

Две есть. Третья?

А-а!.. Деятель. Идет. Я всегда думаю, глядя на нее, что сильный характер это от бога, как бородавка.

Ну - собрались. Закурим! Наверно, начнут с политики - прохожих еще мало.

- Сегодня так плохо спала ночь, так плохо спала! - это Рыжая. - У этих собака внизу... Гадина!.. Всю ночь - "гав-гав-гав!"

- А меня этот паровоз всю ночь донимал, - сказала Деятель. - Всю ночь "ту-у! ту-у! ту-у!" Какого черта гудеть? Ночью же на путях детей нету.

- Маневровый, - пояснила Тихушница.

- А?

- Маневровый. Он своим сотрудникам гудит, чтобы его перевели на другие рельсы. А у меня голова что-то всю ночь болела...

Все три плохо выспались. Будет дело!

- Почем же огурцы теперь стали? - спросила Деятель.

- Я в прошлую субботу была на базаре - два рубля.

- Два рубля?! Да я вчера в "Овощи-фрукты" по руль тридцать брала. И народу мало.

- А я вчера... - заговорила было Рыжая, но тут нанесло неурочного: какой-то парень, явно с похмелья, шел по двору, направляясь, видно, в магазин за пивом.

Все три смотрели на него. Попался, голубчик! Выпил в субботу? Сейчас закусишь.

- Иде-ет, - сказала Деятель. Таким тоном, будто по двору шел ночной грабитель, которого за углом ждет не пиво, а наряд конной милиции.

- Краса-авец... Ручки в брючки.