И всегда неожиданно и не к месту дает о себе знать. У кого я только не побывал! Кардиологи Баку и Москвы сделали все, что в их силах,- благодаря им и живу до сих пор. Я ведь перенес тяжелый инфаркт, был на краю смерти,- он провел рукой по бородке.- Но, поверите ли, лишний раз заявиться к докторам не могу себя заставить. Сейчас вот еду в Москву, на пленум... пленум Советского комитета защиты мира, я член комитета. Очень важные вопросы будут обсуждаться, иначе я не поехал бы в таком состоянии.

- Правильно делаете, что едете. Сейчас нет дела важнее, чем защита мира и безопасности народов.- Алибала кивнул головой в сторону запада.- Тамошние сукины сыны не дают людям жить спокойно, заниматься своими делами. Сидят на мешках с золотом, и все им мало. Это уж так: сытая лошадь всегда лягается.

Алибала понимал, что не всякого избирают в Советский комитет защиты мира. И вызывают в Москву на такое важное совещание. По виду бородатый не был похож на рабочего или колхозника, скорее всего - интеллигент. "Интересно, чем он занимается?" Алибала набрался смелости и спросил:

- Извините, кто вы по профессии?

Лекарство, принятое пассажиром, видимо, оказало свое действие: боль отпустила, морщины, изрезавшие лицо бородатого, разгладились, дыхание стало ровным. И, ничуть не удивившись вопросу, пассажир спокойно ответил:

- Я историк. Занимаюсь вопросами истории исламской религии. Изучаю ее распространение в Азербайджане.

- Попросту говоря, вы ученый молла? - спросил Алибала и быстро поправился:- Что такое рядовой молла? Я хочу сказать - шейх?

Пассажир улыбнулся:

- Нет, я не шейх. Но занимаюсь научной работой. Изучаю вопросы религии.

"Значит, вы ахунд?" - хотел сказать Алибала, но, подумав, промолчал. Кто же станет теперь заниматься вопросами истории религии, если не люди духовного звания? Конечно, этот человек тоже из духовенства, только стесняется в этом признаться.