- Ну как? - спросил Короленков.

- Что как?

- Я не про свою. Я про Олю... Конечно, она с характером. Тут сразу ничего не выйдет. Но и в длительной осаде есть своя прелесть. Впрочем, если бы ты заранее предупредил меня, я бы без спешки подготовил тебе более подходящий вариант.

- Отчего же, - обиделся я за свой нынешний вариант, - очень приятная барышня.

Вообще-то я сидел надутый. Тоже мне фрукт! Не мог предупредить меня, куда мы побежим и поедем на трамвае! Но Короленков и не замечал моего дурного настроения. Может быть, подумал я, две недели назад он и говорил мне обо всем, да я забыл?

К дому мы подбежали тихонечко. Остановились возле его "Жигулей". Он осмотрел машину на всякий случай.

- А то ведь растолстеешь с машиной-то, - сказал Короленков. - Ни шагу ведь с ней пешком.

- Да. - Я кивнул.

- Вдвоем все-таки бегать лучше, - добавил он.

- Наверное... - не стал спорить я.

- И ты понял - у них всегда можно хорошо позавтракать... Тоже ведь экономия... Трюфеля она мне покупает к чаю...

- Зачем же их разорять?

- Ничего, - сказал Короленков. - Они женщины самостоятельные, эмансипированные, и зарплаты у них большие.

У своего подъезда он опять остановился и произнес со значением:

- Я знаю, что ты джентльмен, и надеюсь, что никто ни о чем не узнает...

Я только пожал плечами: а то не джентльмен.

- До завтра, - услышал я вслед.

"Ну уж шиш! - подумал я. - Торты, пятна, любезности. Это тяжело с утра. Конечно, Оля - приятная женщина и очень была со мной ласкова, но у меня крепкая семья. Да и вставать к семи, это уж извините!"

От жены я узнал, что мне звонили Москалев с Долотовым, они услышали, что я побежал, и обиделись, что я бегаю не с ними.

- Может, действительно с Москалевым и Долотовым? - задумался я вслух. А то Короленков гоняет по каким-то пустырям с лужами. Эвон, всю брючину измазал!