Когда бабушка была не только жива, но и очень бодра, она устроила один раз Лизе елку. Потом Лизка много дней еще спрашивала: "Вы куЇпите мне праздник? КуЇпите?!" Сегодня куплю тебе небольшой праздник. Ну, допустим, двести граммов халвы... еще в пределах. Вот вынесу-ка я гробовые доски эти. Получается, что после этого надо мыть посуду, пол, сменить обои, красить пол. Окна тоже... Он знал, на что идет, но все-таки содрал тарелки, прикипевшие с помощью грязи. И вспомнил, как они в походах снимали с берез чагу. И снова стало хорошо. Вторая доска далась уже совсем легко. Лиза крикнула из сна: "Что стучишь?" Сделал несколько движений веником, показав себе, что уборка квартиры еще запланирована на продолжительное будущее. Он оставил доски возле скамеек во дворе: мало ли кто может умереть, стариков в доме много, а старухи-то вообще кишат. Живучие, как тараканы, лезут все время, советы дают. А бабушка никогда не лезла, будто и не старуха вовсе была. Бабки с лавочек кричат: "Не кури - не вырастешь высоким!" "Зато в корень пойду",- один раз сказал он. Накинулись после так, будто хотели его бесплатно во внуки зачислить. "По телевизору всех детей испортили",взъелись старушки, как бы снимая с себя вину. Если бы он сказал им все шутки, какие в школе слышит, то много досок бы пришлось для них таскать. Вот, например, одна из них: "Я так хочу тебя (пауза)... лягушками кормить!" А туристок не испугаешь лягушками... Вечером в воскресенье папа пришел навеселе с работы. С тортом, из которого были выедены два кусочка. Сказал с обидой: - Пытались мне вручить бутылку коньяка недопитого... Вот здесь-то их подсознание и вылезло, новых русских! За кого они меня приняли: за слугу, обслугу свою? Мама Таисии встала на защиту новых русских: ничего они такого не имели в виду - просто люди экономные. Папа достал из портфеля запечатанную бутылку травника "Мономах". - Вот подарили. Почему они устроили мне день рождения?..