Таисия сразу поняла, какой укол та подразумевала. - Тарелочку выбирайте,- противным голосом сказала гостье мама Таисии.- За беспокойство. Вкус у врача был отличный: она сразу увидела самую лучшую тарелку. Ее похвалили и одобрили все на семейном худсовете, а этого почти никогда не бывало. Месяц там просачивается сквозь листья березы, которые словно перебирают пальцами, играя музыку ветра. Таисия подумала: наверно, все будет хорошо! Тарелка - это большая жертва, мама ее три дня рисовала! Не может быть, чтоб впустую все это... К вечеру Кулик замолчал. Мама Таисии сказала: умирает. - Значит, не нужно везти его на укол,- сказала Таисия. - Но соседи не вынесут... Если снова завоет... - Мама, ты же видишь, что он больше не завоет. Успокоился... Но ночью Кулик, набравшись каких-то крошек сил, стал жаловаться на свои боли менее громко, но более внятно. Пронзительно. Соседи, конечно, не слышали этого, но в квартире Таисии стало понятно, что щенок подводит черту под прошедшей жизнью. Таисия не знала, что кулик - это название болотной птички, свободно порхающей во все стороны, а то бы не назвала щенка так, и счастье бы не улетело от нее. Утром следующего дня мама наглоталась всяких таблеток и ничего не соображала, а папа ушел на работу, от последних денег отделив Таисии плату за последний укол Кулику. ...Врач сказал, что за неделю-две капельницами можно пса поставить на ноги и это стоит не больше миллиона. Таисия знала, что на миллион мама сможет прокормить семью два месяца. Но нигде нет миллиона для Кулика!.. И с отсутствующим сердцем Таисия сказала: - Ставьте укол! - И добавила: - Как мама велела... Когда Таисия с телом щенка вернулась домой, то сердце уже вернулось на место и жгло еще сильнее, но ей хотелось, чтобы жгло не у нее одной. - Больше всего меня удивило, что врач тарелку взяла и сказала: Кулик умрет. А тот, который укол ставил, сказал, что вылечить можно... Когда мама забегала и закурила, Таисии стало легче, и она стала заворачивать Кулика в тряпку, чтобы схоронить.