- Ну, вот, я говорила, - торжественно провозгласила Белла Константиновна, поднялась с кровати, прошла к окну, глянула в окно, развернулась к Зое Петровне. - Я вам говорила.
Андрей Андреевич осторожно, на цыпочках, боясь спугнуть увиденное Беллой Константиновной, подошел к окну. В окне все та же картина: пыльные кусты, за ними черный забор, за забором домишки вдоль немощеной дороги.
- Я вам говорила, я вам говорила, - все повторяла Белла Константиновна трубным голосом.
Андрей Андреевич развернулся от окна, и в ответ на его растерянный взгляд, Зоя Петровна снисходительно поджала губы, степенно подошла к окну и объяснила:
- Белла Константиновна сразу же сказала мне, что по этой крыше, - Зоя Петровна указала на пристройку, где располагалась столовая, - можно забраться к нам. Мы не открываем балкон и вообще боимся здесь спать, - и вернулась на кровать.
"Кому вы нужны, красавицы престарелые. Лезть к вам-то!" - подумал было Андрей Андреевич, но в тот же миг вспомнил, что в соседнем номере убили их сверстницу.
Андрей Андреевич внимательно осмотрел крышу пристройки. Действительно, при определенной ловкости не составит труда и на нее забраться, и с нее на балкон второго этажа.
- Что вы слышали вечером? Ночью? - Андрей Андреевич вновь развернулся к старухам.
- Мы уехали вчера после ужина. Вернулись к завтраку, - почти в унисон ответили бабки.
- Ка-ак?! - опешил Андрей Андреевич. - Вам-то что гулять по ночам?
Зоя Петровна поджала губы, и Андрей Андреевич тут же сообразил, что допустил непростительную ошибку.
Зоя Петровна задыхалась от негодования: это для сопливого нахала она стара, а человеку почтенному приятно ее общество. Зоя Петровна поднялась с кровати и стояла, царственно опираясь на палку, давая понять, что аудиенция окончена.
Белла Константиновна была не столь восприимчива, точнее сказать, она умела находить нужное толкование для любой фразы, и слова следователя "вам-то что делать на улице ночью" можно понять и как комплимент: что делать порядочному человеку на улице ночью; к тому же, в отличие от Зои Петровны, что жила исключительно своими переживаниями, Белла Константиновна живо интересовалась происходящим вокруг.