Жил Андрей Андреевич в телесном своем обличье в общежитии в одной из блочных коробок среди пустырей, но виртуальный облик юного следователя обитал на зеленом бульваре, и, очнувшись на время от грез, Андрей Андреевич живо представлял, как лет через... (и все может быть, и возможно, срок ожидания будет и не так уж и велик) благодарный город предложит ему на выбор в его собственность (может быть, даже с тем, чтобы впоследствии открыть в доме музей) один из своих уютных коттеджей, и Андрей Андреевич никак не мог остановить выбор на одном из двух домов: один, белоснежный, с небольшой мансардой, был в вечерней зелени похож на яхту в морской ночи, уютную, но небольшую; другой походил на кряжистый сейнер, и в нем нашлось бы место и для кабинета, и для комнаты для гостей, и для залы для приема, но не было в нем ни элегантности, ни пикантности яхты.

Конечно, потом Андрею Андреевичу придется уехать в Центр, и мысль о вынужденном прощании с милым сердцу домом уже сейчас была печальна и светла.

А пока, как мы сообщили читателю, Андрей Андреевич жил в одной из комнат общежития в блочном доме; по соседству, в таком же блочном доме и работал, когда сидел в конторе, а вот вне конторы посещать (по долгу службы, так сказать) ему проходилось район куцых домишек.

3. Ночью в пансионате, единственном пятиэтажном доме района куцых домишек, убили пожилую женщину.

Пансионат еще пару лет назад был профилакторием богатого треста, но времена изменились, все кругом разъединялись и объявляли суверенитеты: республики, области, города; объявил о своей независимости и пансионат, стал принадлежать сам себе и гордо именовать себя санаторием.

Убийство в пансионате было для Андрея Андреевича подарком, что послало ему небо после нескольких хулиганских угонов машин, совершенных мальчишками, которых хватало лишь на то, чтобы доехать на чужой машине до ближайшего столба и тихо, без риска для собственной жизни, в данный столб врезаться.