- Хулиган, - сказала Нинка, а когда Валя поднялась, она вдруг взвизгнула и закричала: - Скорей, ребята, скорей!

На лбу у Вали краснела широкая ссадина. Кровь тоненькой струйкой бежала к виску. Валя прислонилась к калитке и смотрела на Витьку жалобно, как в первый день, словно хотела сказать: "Что я тебе сделала плохого?.."

Витька побледнел, шагнул к ней, чтобы чём-нибудь помочь, но его оттолкнули подбежавшие ребята.

- В школу её, к врачу!..

Мимо Витьки прошёл Пашка.

- Ага, Лось, теперь тебя из школы погонят.

Нинка Секретарёва словно этого и ждала.

- Распустился, - визжала она, - только и знаешь, что кулаками махать, герой!.. Вот подожди, будет совет отряда!..

Девочки взяли Валю под руки и повели в школу к врачу.

- Может, ты ей глаз повредил, - испуганно шептал бледный Генька.

Кончак почесал затылок.

- Да... И как тебя угораздило?

Генька перебил его, торопливо, словно схватил палочку-выручалочку:

- Ты нечаянно, да?

- Отстаньте! - бросил им Витька и вышел из калитки.

Кончак посмотрел ему вслед, покрутил головой и побежал в школу. Генька сделал несколько неуверенных шагов за Витькой, но тот даже не обернулся.

- Всё, - бормотал он, шагая к дому, - погонят меня теперь из школы... Мама плакать будет... На работу не примут - мал... Может, метрику подправить?.. - Потом он подумал о Вале, решил, что теперь она его, конечно, ненавидит. - Ну и ладно.

* * *

Матери дома не было, она приходила в пять.

Витька, не раздеваясь, сел к столу, подпёр голову кулаком. Щёки у него стали мокрыми. Стена и вещи казались туманными, расплывчатыми. Оттоманка, на которой он спал, была покрыта чистым чехлом; на ней лежали старательно вышитые подушки. И Витька понял: мама сделала их не из любви к вышиванию, а чтобы прикрыть глубокие впадины и выпирающие пружины... Покрывало на маминой кровати незаметно подштопано, - человек непосвящённый никогда и не догадался бы. А коврик над кроватью был таким ветхим, что мама просила у соседей пылесос, чтобы его почистить: боялась трясти на улице - вдруг порвётся.