— Ты не бойся, не бойся… Я ее Милькой буду звать. Миля, Миля!.. Гляди, отзывается, моргает. Погоди, сейчас…

— Слушай, неужели ты вправду веришь, что у нас получится? — спросил командир у Мишки.

— Верю, не верю — что же, стоять и ждать, что ли? Надо делать, что возможно. Жалко, конечно, будет, если оба погибнут, и мать, и теленок… — Мишка быстро замигал, отвернулся.

— Ну что ж, делать так делать… — задумчиво произнес Вася. — Только надо подумать серьезно, как бы это получше образовалось. Пока мы впустую шумим. Как вот, например, веревки продеть?

Да, действительно, как продеть веревки? Ведь туша лосихи вся в грязи, не станешь же в эту грязь нырять.

— Давайте, принесем доску, — предложил Спиридон. — Протянем ее над ямой. Я с доски спущусь Мильке на спину к попробую протащить веревки.

Предложение было тотчас отвергнуто и обсмеяно:

— Ну, ты дал, Спиридон! Во-первых, у тебя руки коротки — продеть веревки, во-вторых, когда ты сядешь ей на спину, она вообще может утонуть, и ты тоже окажешься в грязи. Тебя-то мы, конечно, вытянем, а вот Мильку тогда уже не спасти.

— Внимание! — Ваня Ермошкин вдруг остановился и поднял вверх палец. — Я придумал всемирное изобретение. По продеванию веревок. К их концам надо привязать по небольшой гальке, чтобы они утянули веревки вниз ямы, ниже Милькиного живота. А потом с другой стороны мы просунем под ее круп длинную палку с загнутым наподобие крючка гвоздем, зацепим ею веревку и вытащим сюда. А привязанная галька не даст ей соскользнуть.

Мишка ахнул восхищенно:

— Молоде-ец, Вано! Работают у тебя шарики.

Ермошкин скромно потупился.

— Это мое изобретение номер сто шестьдесят семь. Дома я его опишу и пошлю в изобретательский комитет, чтобы запатентовали. Под названием: «Всемирное изобретение для продевания веревок при спасении крупных представителей живой природы». Это произведет фурор в нашем изобретательском мире.