— Я с ним рядом сидел! Он мне порулить давал! — захлебывался Санька.

— Ой, Саня! — устало посмеивался командир. — Ведь уши вянут!

— Нет, правда, — смутился Санька. — Он на земле дал мне посидеть на своем месте, подержаться за такой большой рычаг…

Однако Васю занимало другое:

— А почему Верка не пришла нас встречать?

— Она, во-первых, расстроилась, что мы не победители, а во-вторых, на тебя обиделась. Почему, мол, ты с нами не пошел, когда ребят нашли.

— Это уж чисто по-девчоночьи, — заворчал Вадька Спиридон. — Обратно не вернулись — обижается, проиграли — тоже обижается… Что за логика! Как будто, если бы вместе вернулись, не проиграли бы.

Маленькой стайкой следопыты шли по поселку. Сзади невозмутимо шагал Мишка Шестаков в своем диковинном наряде. Ни одна собака не могла спокойно выдержать его вида. Мишка отлягивался от них, только ноги мелькали да лоскуты штанин. Мать его, увидав в окно, в какой одежде он возвращается из похода, выбежала из избы и пошла рядом с сыном, горестно спрашивая:

— Что это с тобой, Миш? Кто это тебя?

— Волки, мамка! — дурашливо отвечал Мишка. — Хотели меня раздеть. Я уснул, прикорнул маленько, а они и это… больно модный, дескать! Рукава с воротом начисто отгрызли, а со штанами не успели справиться. Ремень не могли перегрызть, крепкий оказался…

— Да ты небось врешь, негодник!

Вообще же прием Васиной команде был оказан серьезный: не только мальчишки и девчонки, но и взрослые провожали их до школы.

На площадке Вася выстроил следопытов, подошел к флагу, где ждал их Бурножизнев, и тихо сказал:

— Проиграли, товарищ майор…

— Вольно! Садитесь, ребята, давайте потолкуем… Итак, нашли вы малышей, отправили их с Уткиной и Шемякиным. Это мы обсуждать не будем. Но ведь вас стало четверо: кроме Шемякина, лес никто хорошо не знает. Не было ли здесь неразумного риска?