Инженер теперь ничего не понимал. Вид у Мони усталый и честный. И нисколько не пристыженный, а даже какой-то просветленный.

- Правда, что ли?

- Пойдем - поглядишь сам.

Инженер пошел из ограды к Моне.

- Ну, это... фокус какой-нибудь,- все же не верил он.- Подстроил там чего-нибудь?

- Какой фокус! В сарае... на полу: крутится и крутится.

- От чего колесо-то?

- От велика.

Инженер приостановился:

- Ну, правильно: там хороший подшипник - оно и крутится.

- Да,- сказал Моня,- но не всю же ночь!

Они опять двинулись.

Инженер больше не спрашивал. Моня тоже молчал. Благостное настроение все не оставляло его. Хорошее какое-то настроение, даже самому интересно.

- И всю ночь крутится? - не удержался и еще раз спросил инженер перед самым домом Мони. И посмотрел пристально на Моню. Моня преспокойно выдержал его взгляд и, вроде сам тоже изумляясь, сказал:

- Всю ночь! Часов с десяти вечера толкнул его, и вот... сколько уж сейчас?

Инженер не посмотрел на часы, шел с Моней, крайне озадаченнный, хоть старался не показать этого, щадя свое инженерное звание. Моне даже смешно стало, глядя на него, но он тоже не показал, что смешно.

- Приготовились! - сказал он, остановившись перед дверью сарая. Посмотрел на инженера и пнул дверь... И посторонился, чтобы тот прошел внутрь и увидел колесо. И сам тоже вошел в сарай - крайне интересно стало: как инженер обнаружит, что колесо не крутится.

- Ну-у,- сказал инженер.- Я думал, ты хоть фокус какой-нибудь тут придумал.

Не смешно, парень.

- Ну, извини,- сказал Моня, довольный.- Пойдем - у меня дома коньячишко есть... сохранился: выпьем по рюмахе?

Инженер с интересом посмотрел на Моню. Усмехнулся:

- Пойдем.

Пошли в дом. Осторожно, стараясь не шуметь, прошли через прихожую комнату...

Прошли уже было, но бабка услышала.