Мальчик кивнул головой.
- Когдаїї первымїї бьешь - этоїї ужеїї полдела, - объяснил отец, большинство людей, как получат по роже, - сразу умнеют. Только очки не забудь снять. Очки всегда надо снимать, когда дерешься... Почему у тебя такие глаза, понять не могу?
Отец огорченно развел руками.
- У нас в семье никто очки не носил. Дедушке твоему 85 лет - до сих пор на охоту ходит.
- Бабушка Нигяр очки носит, - напомнил мальчик.
- Да, с материнской стороны у тебя много очкастых, - согласился отец. - Не холодно тебе?
- Нет.
Мужчина опять поднялся на ноги, подошел к забору и выглянул на улицу. В конце квартала стоял груженный трубами автомобиль ГАЗ-51, вокруг которого прохаживался орудовец с планшетом. По противоположному тротуару тянул свой ящик продавец пирожков: в белом халате с большим жирным пятном на животе.
- Эй, - окликнул его мужчина в куртке.
- Что? - спросил продавец.
- Пирожки есть?
- Есть.
- Тащи сюда десять штук...
Купив пирожки, мужчина вернулся к мальчику.
- Накорми собаку, - сказал он и положил газету с пирожками прямо на снег. - И сам ешь, - он взял пирожок и откусил половину.
- А мама говорит, что драться нельзя, - сказал мальчик, тоже жуя пирожок.
- Мама - женщина. Женщины ничего в таких делах не понимают. А что этот говорит, ну как его, дядя Гусейн?
- Чтобы я уроки делал.
- Правильно говорит, - еще раз согласился отец.
- Сейчас эпидемия гриппа в городе, - сказал мальчик, тщательно выговаривая слова.
- Что ты так любишь о болезнях говорить?! - удивился отец. - Какое тебе дело до этой эпидемии? Я в твои годы зимой босиком бегал и что такое грипп даже не слышал... Война была. Ты знаешь, что такое война?
- Знаю.
- Я как раз такой, как ты, был, когда она началась. Дедушку твоего на фронт забрали. Остались мы - восемь детей с бабушкой... Что только не делали, чтобы прокормиться! Газетами на базаре торговали, уголь грузили на пристани, карусель крутили на "Парапете" - сейчас садиком Карла Маркса называется,, очередями торговали - ночью занимали очередь у магазина, а утром отдавали ее кому-нибудь за деньги.