И каждый вечер за мой стол в этом доме будут садиться гости... И для всех у меня и у моих сыновей всегда найдется и приветливое слово, и кусок хлеба, и мягкая постель...

Агасаф-ага говорил и говорил, а Газанфар слушал и не пере-бивал, потому что чувствовал, что Агасаф-ага очень верит в то, что говорит, а нельзя разубеждать человека, когда он очень во что-то верит, ибо это и есть настоящий грех.

1968