- Это, наверно, класс! - обрадовалась Кобылянская и стала сматывать Роллингов Клыкадзе.

Почувствовав комфорт, я выпил свой второй стакан таврийского портвейна. Ожидая кайф, закурил "Опал".

- Гарик, а почему тебе не нравятся серьезные группы? - это был голос "жопы под мышками".

Она мне ужасно нравилась, эта полугорбунья. Возможно, на самом деле анаморфная. Freak.

"Потому что они всем нравятся, слишком многим: студентам, комсомольцам, которых надо вешать, взрослым пидорасам, жидкам из муздрочилища", - хотел добавить я, но вспомнив, как демонстративно ушел от Клыкадзе после обрушенного тем на Леву Шульца каскада расистских оскорблений (Лева сел жопой на бутылку с пивом и раздавил ее), промолчал.

- А, вот так, - потупилась с усмешкой "жопа". - Жаль, а то у меня есть с собой классная книга про них.

- "Музыка Бунта", - еще мрачнее отчеканил я, глядя на светильник без лампочки, похожий на планету Сатурн.

- Откуда ты все знаешь?

Она явно внимательно смотрела телепостановку по пьесе Д.Б.Пристли "Опасный поворот". Довольно смелую и кишащую намеками историю о прогнивших англосаксах. Александр Дик - так звали актера, которому было разрешено играть гомосексуалов, если они были людьми Запада. Я увидел его впервые в "Портрете Дориана Грея". Cute. Удачная помесь Дуайта Фрая и Петера Лоррэ. А в "Опасном повороте" он играл питурика, женатого на испорченной Бетси - ее играла другой мой идол, Валаева. Похожая на Мэриэнн Фэйтфул и Бюль Ожье. Ее порочно-кукольную манеру копировала Нэнси-"война миров", от которой я в свою очередь и слышал про "Музыку Бунта". А Нэнси "Музыку Бунта" показывал один маленький востроглазый блондин по кличке Нью-Йорк, похожий на засушенного Роберта Планта, которого вовремя не засушили.