Шаттен, видя, что его спутник насторожился, посмотрел туда же.

- Какое сегодня число? - напряженным голосом осведомился О'Шипки.

- Шестое. Какое же еще? Мы с вами отплыли шестого числа. То есть сегодня.

- А здесь написано девятое.

- Недосмотр, - пожал плечами Шаттен. - Может быть, кто-то баловался, листал.

- Ужин окончен, - объявил очередной громкоговоритель. - Уважаемые пассажиры, разрешите поздравить вас с успешным прибытием в Центр Роста. При схождении на остров будьте осторожны и не толпитесь на трапе. Не забывайте чемоданов, приберитесь в каютах, погасите свет, верните на место серебряные ложки, ключи оставьте на пожарном щите. Экипаж судна желает вам удачного развития и благополучного возвращения в пункты отбытия.

Закуски исчезли, вино испарилось. Снаружи послышался ржавый скрежет. Приборы звякнули, свет мигнул.

- Приношу извинения, - добавил громкоговоритель. - Мы ткнулись в причал.

Глава четвертая,

в которой дела идут в гору

Прощание с лайнером затянулось, десять минут ушли на ругательства и проклятья. Наконец, путешественники ступили на трап, по которому, как им мнилось, они совсем недавно поднимались на борт. На сей раз О'Шипки пропустил Шаттена первым, ликуя по случаю собственной мрачной правоты.

- Но есть-то уже не хочется, - пытался оправдаться Шаттен-младший.

- Так вкусно все было! Так вкусно! - рычал О'Шипки, подталкивая его в спину.

Лайнер превратился в черную глыбу, огни погасли.

Ветер выл и раскачивал Шаттена и О'Шипки; чуть позже они утверждали, будто слышали в вое стихии слова "штормовое предупреждение".

Чемоданы оттягивали им руки; пледы, плащи и шарфы развевались, как клетчатые флаги. Берег был смутен, виднелся лишь готический замок, продолжавший отвесную прибрежную скалу и горевший внутренним лунным огнем: Центр Роста.

- Где же встречающие? - раздраженно спросил у ночи О'Шипки.