Скорее всего, думал смышленый современник, в день похорон "дяди" Миши на "негра" нашел пьяный стих поговорить и поумничать, независимо от качества собеседника, которого он, может, едва и замечал и забыл о нем на следующий день. И это было достаточной причиной, чтобы забыть его умные рассуждения о святых, которые могут являться в мир в самом неказистом виде, чему имеются многочисленные свидетельства очевидцев. И вообще, шла далекая от святости жизнь, заботы, дурь и беды.

Впрочем, на очередных похоронах "негр" вел себя с "юным смышленым современником" как ни в чем не бывало, то есть как бы не избегал его и продолжал говорить умные вещи.

"Какое мне дело до чужих жизней, чужого времени и чужих химер?" - думал юный Николай Иваныч, слушая "негра", но в душе понимал, что лжет себе: вся его жизнь вольно или невольно проходила под тенью старых барбосов, которых он и любил, и ненавидел за власть над собой. Он вспоминал, как любил отца в детстве - до головокружений. Особенно когда тот надевал свой кожаный реглан, фуражку Севморпути и чудно пахнущая кожей планшетка била его по ноге.

"Герои! Рыцари! Брошенные жены, брошенные дети, а теперь и брошенные северные города, которые втягиваются в мерзлоту, чтобы стать предметом изучения нашей дури будущими археологами. Если таковые будут".

Впрочем, следует вернуться во времена, когда некие темные силы (пятая колонна, агенты влияния, по убеждениям стариков) раскачали устои социалистического строя и подорвали веру народа во всепобеждающую силу классового сознания. Надо сказать, что у молодого начальника Авиационно-технической базы (Крестинин-младший сделал блестящую карьеру) не было времени на религию, "философию", а тем паче зубоскальство.