- Нам, конечно, хотелось бы всю жизнь прожить с тобой вместе,- сказал отец.- Но какой смысл скрывать? У твоей матери тяжелый характер. Она никогда не уживется с твоей будущей женой, будь твоя жена хоть самим ангелом. А тебе уже пора думать о собственной семье. Во всяком случае - к тому времени, когда будет готов дом: скорее всего через год, полтора. Ну, и защитишься ты к тому времени.

Заура поразила не только откровенность, с которой говорил с ним отец, редко говоривший на эти, да и вообще на любые темы, но и то, с какой точностью он распланировал всю его, Заура, жизнь, точно так же, как много лет назад распланировал свою собственную жизнь и расчертил ее точный график: учеба, диссертация, женитьба, квартира, ребенок, диссертация. Правда, вот беда, иногда бывают непредвиденные обстоятельства, как, например, вторая мировая война. Но даже и она, два ранения не могли сбить отца с намеченного раз и навсегда пути движения от одной цели к другой, того самого движения, которое теперь должно быть продолжено его сыном, а потом, даст бог дожить, и внуками.

После ужина, когда отец ушел в свой кабинет, а Заур собрался почитать, Зивяр-ханум вдруг сказала:

- Послушай, до меня дошли кое-какие слухи.

- Какие же?- равнодушно спросил Заур, просматривая "Неделю".

- Тебя часто видят с одной особой.

- Какой особой?- спросил он, отложив газету и желая оттянуть время.

- Такой - по имени Нармина, Тахмина, ну, работает в вашем издательстве.

Он почувствовал, что краснеет, и оттого, что он это чувствовал, краснел еще больше, стал пунцовым, у него загорелись уши.

- Ну и что?- все-таки выдавил он.

- Хорошо, что ты еще краснеть не разучился. А ну посмотри мне в глаза.

Он неловко улыбнулся и посмотрел матери в глаза.