Юлий тут же навел справки.

- Шотландская свадьба, - объявил он. - Жених - военный летчик, до сегодняшнего дня холост, двадцать три года. Невеста только что окончила школу, шестнадцать лет, одна из красивейших девушек Данди.

Скоро появились молодые. Жених был в юбочке, невеста в атласном белом платье. Три подружки несли за девушкой трехметровый шлейф. Наши фотоаппараты лихорадочно защелкали. Молодые любезно задержались. Невеста была действительно хороша. Глаза ее сияли, щеки раскраснелись, в копне золотых волос играло солнце.

- Быть в Шотландии да не сфотографироваться с шотландской невестой, вдруг пробормотал Юлий и заработал локтями.

- Куда ты? - попробовал я было удержать чрезмерного любителя экзотики, но тот уже объяснялся с женихом на англо-русско-азербайджанском языке. Жених заулыбался, потом обратился к своей подруге. Та гордо кивнула.

И вот перед нашими объективами - сияющая Юлькина круглая физиономия с усиками и юное надменное лицо шотландской красавицы. Затем процессия медленно направилась в зал ресторана, где был накрыт праздничный ужин.

- Надо их поздравить и что-нибудь подарить, - сказал кто-то.

Идея немедленно была воплощена в жизнь. Главный виночерпий без колебаний извлек из чемодана бутылку "Столичной" - для жениха, а для невесты приготовили альбом с видами Ленинграда.

Вручая подарки, Лиля сказала юноше:

- Пусть ваш самолет никогда не поднимется по сигналу боевой тревоги. Пусть ваша жизнь будет веселой, как этот русский напиток.

- Есс,- коротко ответил шотландец.

Невесте альбом вручал Юлий. Он закатил длинную, по-восточному витиеватую речь, из которой мне только запомнилось: "Пусть ваша красота будет такой же вечной, как вечна красота Ленинграда".