У Князева в деревне были знакомые люди, и он, как приехали, пошел их навестить. И в первом же семействе встретил человека, какого и хотела постоянно встретить его неуемная душа. Приехал в то семейство - тоже отдохнуть - некто Сильченко, тоже зять, тоже горожанин и тоже несколько ушибленный общими вопросами. И они сразу сцепились.

Это произошло так.

Князев в хорошем, мирном расположении духа прошелся по деревне, понаблюдал, как возвращаются с работы домой "колхозники-совхозники" (он так называл сельских людей), поздоровался с двумя-тремя... Все спешили, поэтому никто с ним не остановился, только один попросил прийти глянуть телевизор.

- Включишь - снег какой-то идет...

- Ладно, потом как-нибудь, - пообещал Князев.

И вот пришел он в то семейство, где был Сильченко. Он там знал старика, с которым они говорили. То есть говорил обычно Князев, а старик слушал, он умел слушать, даже любил слушать. Слушал, кивал головой, иногда только удивлялся:

- Ишь ты!.. - негромко говорил он. - Это сурьезно. Старик как раз был в ограде, и тот самый Сильченко тоже был в ограде, налаживали удочки.

- А-а! - весело сказал старик. - Поудить нету желания? А то мы вот налаживаемся с Юрьем Викторовичем.

- Не люблю, - сказал Князев. - Но посижу с вами на бережку.

- Рыбалку не любите? - спросил Сильченко, худощавый мужчина таких же примерно лет, что и Князев, - около сорока. - Чего так?

- Трата времени.

Сильченко посмотрел на Князева, отметил его нездешний облик - галстук, запонки с желтыми кружочками... Сказал снисходительно:

- Отдых есть отдых, не все ли равно, как тратить время.

- Существует активный отдых, - отбил Князев эту нелепую попытку учить его, - и пассивный. Активный предполагает вместе с отдыхом какое-нибудь целесообразное мероприятие.

- От этих мероприятий и так голова кругом идет, - посмеялся Сильченко.