БОРЩ (слезает с полка). Знаешь, о чем я думаю?
ЛАРИСА. О поросятах?
БОРЩ. Не совсем. Я думаю о том, что, видно, мало тебя в лагере били.
ЛАРИСА. Почему?
БОРЩ (резко). Почему! Потому что знай свое место! Ты забыла, для чего я тебя вытащил из лагеря? Чтобы ты раз в сутки подставляла мне свои узкие места. Только для этого. Больше от тебя ничего не требуется. Будешь совать нос в чужие дела, вернешься в лагерь (наливает себе кваса, пьет). Я вообще с тобой рискую. Взял бабу не в масти. Поварской закон это не одобряет. Хорошо, что Рысь меня понял. Ну... что я люблю узкие. А если бы нет? В общем думай, прежде чем куда-то сунуть свой нос (гасит свечу). Иди сюда. Дай руки. Обопрись здесь. Ближе ко мне. Ноги сюда. Всунь сюда пальцы. Глубже. Еще глубже. Двигайся. Небыстро.
ЛАРИСА. Вот так?
БОРЩ. Еще медленней. Так хорошо. Представь ослиную голову в синем круге.
ЛАРИСА. Представила.
БОРЩ. Теперь кончай.
ЛАРИСА. А-а-а-а!
БОРЩ. О-о-о, блядь!
Пауза.
ЛАРИСА. Борщ, можно спросить?
БОРЩ. Попробуй.
ЛАРИСА. Почему ты всегда это делаешь в темноте?
БОРЩ. Считай, что по антиэкологическим соображениям.
Сцена IV
Столовая в доме Рыси-На-Вертеле. Рысь сидит за столом и налаживает большой деревянный рубанок. На столе лежит что-то, накрытое большой салфеткой. Позади Рыси стоят в ливреях Хлеб и Сало. Входят Борщ и Лариса. На них сложные кожано-меховые костюмы.
РЫСЬ (смотрит на них). Ну вот, другое дело. В таком прикиде и закусить не грех. Милости прошу.
БОРЩ. Рысь, может сперва о деле?
РЫСЬ. Ты, мил человек, не ломай мне традицию. Садись.
БОРЩ. И ей с нами тоже садиться? Она же без масти. РЫСЬ. Да начхать мне на масть. Мы не на поварской сходке. Садитесь, в ногах правды нет.
Борщ и Лариса садятся за стол.
РЫСЬ. Значит, Борщ и... как тебя, детка?
ЛАРИСА. Лариса.
РЫСЬ. Лариса. Вот значит, Борщ и Лариса. Моя жизнь полна неожиданностей. Она, сука полосатая, как зебра. И когда кончится одна полоса и начнется другая, никто не знает. А поэтому живу я каждый день, как последний. Основательно. Я все стараюсь делать основательно: готовить, есть, спать, срать, убивать. И принимать гостей тоже. И не потому, что вы мне дороги, а потому, что, может быть, вы мои последние гости. Понятно?