БОРЩ. Стараемся держать марку.

РЫСЬ. Но ешь хуево.

БОРЩ. Да я в жизни столько мяса не съел, как сегодня. Я встать не могу (показывает живот). Смотри!

РЫСЬ (хлопает его по животу). Это еще не предел, как говорит наш зеленый президент.

БОРЩ. Предел, предел! Не могу больше. Нет места.

РЫСЬ. В камере Ростовской пересыльной тюрьмы в 2032 году тоже не было места. Потому что там находились 42 человека вместо положенных 17. А вошел повар в законе - сразу нашлось место. Представь, что этот кусок - повар в законе (подползает к блюду). Так, окорок мы ели, вырезку ели, грудинку ели... Вот что мы не ели!

БОРЩ. Что?

РЫСЬ. Олений хуй и медвежьи яйца.

БОРЩ. Это вкусно?

РЫСЬ. Уверен (отрезает, кладет на тарелки). Тебе хуй как гостю, а яйца мне. Как хозяину.

БОРЩ. Может наоборот?

РЫСЬ. Не спорь со страшим, как говорил мой прадедушка.

БОРЩ. Ты знал своего прадедушку?

РЫСЬ. К сожалению, нет. У него можно было многому поучиться.

БОРЩ. Например?

РЫСЬ. Например, перевозка продуктов зимой экологически нечистым способом.

БОРЩ. На бензиновых грузовиках?

РЫСЬ. Тогда бензина еще не знали.

БОРЩ. На паровозе?

РЫСЬ. Хуже, хуже.

БОРЩ. Что может быть экологически хуже?

РЫСЬ. Лошади.

БОРЩ. Да. За езду на лошадках - семь лет. Издевательство над животным экологическое преступление. Твой прадедушка коннозаводчиком был?

РЫСЬ. Ямщиком. Гонял подводы из Архангельска в Санкт-Петербург.

БОРЩ. И что они возили?

РЫСЬ. Рыбу и дичь. Неплохо зарабатывал. Имел серебряную бляху от городничего. Хотел скопить денег, купить лавку. Да околел в дороге.

БОРЩ. Когда?

РЫСЬ. В феврале 1886 года. Страшные морозы стояли. В буран попали перед самым Петербургом, верст девять не дотянули. Весь ямщицкий поезд и замерз. Семь людей и семь лошадей. Говорят, когда их нашли и стали грузить, мой прадедушка звенел, как церковный колокол.