- Да, это здорово придумано, - сказал он под конец беседы задумчиво и впервые за все время посмотрел на черные очки Нуклиева с симпатией. Немедленно мне на стол планы, расчеты, схему опыта...

...Друзья ждали Нуклиева возле его кабинета. Сенечка делал таинственные знаки, означающие, что пиво уже дожидается.

- Только что вынул, - сообщил младший лаборант хриплым голосом и прищелкнул шершавым, как шифер, языком. - В сосулях вся...

Нуклиев махнул рукой.

- Э-э, влипли мы, братцы. Назад пути нет. Гена, начинай эксперимент... Иначе крышка...

Вот какие события предшествовали словам Геннадия Онуфриевича, сказанным за чаем и перевернувшим всю жизнь семьи Красиных.

Но, конечно, ни Ирочка, ни кто-либо другой из Красиных не ведал об этих событиях ни слухом, ни духом.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ,

в которой описываются первые часы жизни на земле

Шурика-Смита Красина

Ровно девять месяцев спустя после того, как Ирочка и Геннадий Онуфриевич удалились выяснять отношения, на свет появился новый член семьи Красиных.

Все эти месяцы в квартире царила напряженная обстановка. Шли ожесточенные споры, какое имя носить будущему Красину. Тут семья разбилась на два лагеря. По одну сторону стояла мама Ирочка. Она хотела назвать сына Шуриком - что родится сын, никто не сомневался, так как Ирочка регулярно по вечерам пила травы бабки-ворожейки, - в честь любимого писателя Шарля де Костера (Шарль-Александр-Шурик).

По другую сторону баррикады активно возвышался Онуфрий Степанович, который, не мудрствуя лукаво, мечтал окрестить будущего внука в честь себя Онуфрием. Варвара Игнатьевна поддерживала мужа, считая, что Онуфрий лучше Александра, который в один прекрасный момент может превратиться в Шарля.

Только отец по этому жизненно важному вопросу занимал странную нейтральную позицию.