"Эдвард живет в Париже, -- объявил на некоторое время освободившийся от щупальцев спрута-телефона Жигулин. -- Он -- писатель".

"Как вам нравятся парижские женщины? -- спросила Эвелин и повернулась ко мне. -- Я -- француженка".

Кое-какие парижские женщины мне нравятся. Она мне не понравилась. Прежде всего она была стара. Когда-то, лет десять тому назад или даже пять, она, я думаю, была очень ничего. Теперь же, увы, слишком мелкие ее черты, пообносившись в жизненных бурях, выглядели... пообносившимися в жизненных бурях. Я отметил про себя сходство ее лица, шеи и особенно ужасных рук со старым замшевым костюмом. Со временем вытирается замша на лацканах, по периметру карманов, на всех выдающихся частях. Впрочем, подумал я, пристально взглянув на ее узкую юбку, пизда у нее, безусловно, ничем не хуже других пизд.

Она поймала мой взгляд, направленный своим острием в район ее пизды, и, я думаю, поняла и ответила, как мне показалось, благодарным взглядом. Затем она быстро встала и прошлась по комнате. Уже объявивший нам, что у него нет больше травы, Ричард извлек откуда-то новый пакетик, свернул джойнт и передал его Эвелин. Эвелин повертела джойнт в руке, недоуменно глядя на него, потом подошла ко мне и вручила джойнт мне: "Я не курю траву".

Я взял джойнт, закурил, Эвелин сделала еще несколько кругов по залу и, спросив разрешения у Жигулина: "Можно я позвоню?" -- присела у телефона.

"Луис? -- сказала она. -- Слушай, я не смогу сегодня появиться, давай перенесем все на завтра? ОК? Тэйк кэр. Да. Да. Я сказала "да". -- Она встала и опять кругами пошла вдоль стен по периметру зала. Я отметил, что в профиль ее лицо напоминает усохшую птичью головку. Носик вперед, острые линии у клюва, резкие набухшие мешочки у глаз. Но бронзаж, о мои французы, лицо ее покрывал прекрасный бронзаж, что еще более сближало Эвелин с подержанным замшевым костюмом.

Подергавшись, после еще десятка кругов по апартменту она вновь уселась рядом со мной, покопалась в обширной сумке и, достав оттуда большую таблетку, быстро проглотила ее. Заметив мой взгляд, спросила: "Хотите квайлюд?"