"Да", -- подтвердил я.

"Это потому, что он француз, -- сказал подошедший Жигулин. -- Сейчас приедет Эвелин", -- объявил он всем.

"На хуя?" -- равнодушно улыбаясь, спросил Ричард.

"Мы что-нибудь сообразим вместе, -- сказал Жигулин. -- Потом у нее огромная машина. "Бьюик". "У нас у самих есть машина", -- заметил Ричард "Будет много людей", -- настаивал Жигулин. Я уверен был, что будет много людей. Жигулин -- величайший организатор. Он всегда и в Нью-Йорке, и в Париже, и в Израиле, и до этого в Москве в совсем еще нежном возрасте организовывал и сплачивал толпы. Потом он, правда, не знал, что ему с толпой делать, но организовывать он умел. "Кто такая Эвелин?" -- спросил я Жигулина. "Драг-дилер, -- сказал Жигулин. -- Француженка. Оттянула срок, сейчас на пробэйшан. -- Он многозначительно помолчал. -- Эвелин одна из крупнейших драг-дилеров в Нью-Йорке".

"У нее есть трава? -- жалобно спросил маленький Эдвард. -- Ты помнишь, Саша, я тебе говорил, что хочу купить травы".

"Она не занимается травой, слишком мелко для нее, но может достать. Она в кокаине, -- объяснил важно Жигулин. -- Думаю, что и героин у нее есть. Но героина она стесняется..."

Опять зазвонил телефон, и Жигулин ушел. Надвигался вечер. Обычный вечер Жигулина. Теперь он будет еще часа два пиздеть по телефону, и будут прибывать все новые люди, пока целою толпою, набившись в машины, они не отправятся кочевать по ночному городу. И будут кочевать до утра, из диско в диско, к рассвету приедут в модный и дешевый ресторан, где каждый будет неохотно расплачиваться.

"Нужно будет угостить Эвелин нашим кокаином", -- внезапно объявил Ричард, еще несколько минут назад как будто бы возражавший против прибытия Эвелин.

"На хуя ей твой кокаин?.. -- изумился вернувшийся от телефона Жигулин. -У нее самый лучший кок в городе, розовый нон-катэд, идиот!" -- Жигулин покачал головой.